Специальное сообщение с места исцеления в Розенхайме (Часть 1)

Главная / Статьи, публикации / Специальное сообщение с места исцеления в Розенхайме (Часть 1)

Издатель: Цайтунгсблитц Ганз Бетцингер, Розенхайме.

Ночь великих исцелений

1-Розенхайм, начало сентября 1949 года.

На нижеследующих строках мы помещаем для отчета нашего специального корреспондента об одном объективном событии 27 и 28 августа. Одновременно со многими сотнями людей он присутствовал в качестве представителя прессы на целительном сеансе Бруно Гренинга в Траберхофе и в течение 15 часов следовал по пятам великого дарующего исцеления.

Первые исцеления дня.

Наш корреспондент сообщает:

Уже первая половина дня принесла много счастья многим страждущим исцеления, которые в полдень скандировали хором: «Наш Гренинг!», так как Бруно обратился к ним с краткой речью. Но мое повествование будет не об этом, а о тех незабываемых, неповторимых часах второй половины дня и вечера, которые я пережил сам.

Воздух был заряжен каким-то особым напряжением. По каким-то причинам сегодня, в субботу, перед Траберхофом и в саду собралось большое количество страждущих и любопытных людей. Напряженность возрастала от часа к часу. Как только стало известно, что сегодня господин Гренинг еще раз выступит перед людьми, жаждущими его услышать. На балконах, террасах и стоянках машин уже устанавливались кинокамеры, и все большое число людей устремились сюда.

Я, между тем, расспрашивал о новых успехах исцелений, о которых я хотел сделать объективный репортаж без погони за сенсацией для наших читателей и круга друзей Гренинга.

Госпожа Вюрстл из Розенхайме, Мюнхенштрассе 42, достоверно сообщила мне, что до сегодняшнего дня не могла наклоняться, сгибать левую часть своего тела и поднимать ноги от пола вследствие перенесенного ею паралича. Сияя от радости, она впервые без посторонней помощи пошла навстречу своему супругу после краткой речи Гренинга и теперь может, как любой здоровый человек снова наклоняться.

Одна женщина из Эндорфа, которую мы видели только лежащей, вдруг встала из своей инвалидной коляски, подобно господину Хаасу из Мюнхена, и попыталась сделать свои первые шаги.

Я сажусь за стол одного моего знакомого, супруга которого яркая брюнетка-киноактриса Карин Лембекиз Мюнхен-Лайма, известна всем «постоянным гостям». Она мне рассказывает о своем исцелении от паралича нерва левой руки по телефону после разговора с Гренингом в 10 часов утра. После появления господина Гренинга в Траберхофе “поле его излучения” стало действовать мгновенно и так внезапно, что у госпожи Лембек пошли по телу то горячие, то ледяные волны, и это заставило ее вскликнуть: «О Господи! Что же это с моей рукой? Я ее больше не чувствую». И тут она этой “потерянной”, парализованной рукой, которую она раньше не могла поднять даже на высоту стола, непроизвольно проводит по своему лицу и, несколько минут спустя, совершенно свободно по своей очень большой летней шляпе. От внутреннего волнения у нее появляются слезы радости и благодарности, слезы, которые заменяют все слова. Только через несколько часов ей удалось пожать руку господину Гренингу с сердцем, переполненным благодарностью. Однако великий целитель скромно отклонил ее благодарность: «Не меня благодарите, а Творца там наверху. Это он дал мне силу сегодня утром во время телефонного разговора с Вашим супругом начать то исцеление, которое Бог в момент Вашего прибытия закончил без моего содействия. Ваша вера помогла Вам, милостивая госпожа!»

Вторая дама, госпожа Вагнер изМюнхен-Лайма, из того же окружения Лембеков, страдающая на протяжении 4-х лет параличом левостороннего нерва вследствие эмболии головного мозга, будет получать исцеление на расстоянии, причем Гренинг будет оказывать свое воздействие сверху. Мы с интересом следили за его воздействием. Однако в господствующей вокруг нее суматохе дама не могла хорошо сосредоточиться. По этой причине более поздняя попытка получить исцеление в ночное время, когда целитель находился напротив нее, не дала удовлетворительного результата, так как внутренняя готовность, концентрация ума и повторный сеанс через несколько часов после дистанционного воздействия стали большой помехой.

Здесь, как и в последующих двух случаях, дается блестящее доказательство того, что попытка вхождения в более близкий контакт с господином Гренингом, предполагая, что сила его телепатического воздействия уменьшается с увеличением расстояния, не дает достаточного результата, а для великого дарующего исцеления является знаком недоверия.

Итак, продолжаем далее. Несколько сотен человек стоят плотной стеной. 7:30 вечера. Медленно сгущаются сумерки. Солнце золотит наши чудесные синие горы. Напряжение становится все сильнее, оно уже невыносимо. И тут Гренинг выходит на балкон при всеобщем ликовании и просит помолчать несколько минут, чтобы он смог в тишине настроиться на такое большое количество людей, которых он постарается, в свою очередь, ввести в нужную концентрацию. Господин С. из числа его помощников дирижирует больными, тихо дает указания, как себя вести. «Руки раскрыть, положить на колени, не касаться локтями друг друга, не сосредотачивать свои мысли на болезнях», – так звучат его советы. Как раз вот такая тишина, наполненная напряженностью ожидания, такая внутренняя подготовка души к моменту действия целительной силы Гренинга, и дает самый большой возможный успех исцеления. Ни одного шепота не слышно в этой огромной массе людей. Невозможно описать эту ситуацию и этот настрой, передать эту атмосферу, полную веры и потрясения, в котором эти бедные измученные люди со всеми своими видимыми и невидимыми страданиями ожидают исцеления с большей или меньшей верой.

Между тем, 15 минут на подготовку снятия документального фильма истекли, минуты, когда веришь, что такое можно пережить только однажды, минуты такого заряженного энергией ожидания, что чувствуешь, как стучит собственное сердце и сердце соседа. Помощник Гренинга опрашивает в это время людей, откуда они приехали. Люди приехали сюда из всех районов Германии: из Альгоя, из Швабии, Кельна, Франкфурта, из Верхней и Нижней Баварии, из Бодензее, из Ватерканта и даже из Берлина и конечно других многих мест. Несколько позже для господина Гренинга произошло радостное событие: его разыскал его старый военный приятель, который находился среди ожидающих людей. Он разделил с ним трудную жизнь в русском плену в Карелии и Финляндии. Всех людей еще раз просят не задавать господину Гренингу вопросов и полностью настроиться на то, что будет говорить Гренинг.

Сумерки уже совсем опустились на землю. Со всех сторон зажигаются юпитеры, начинают тихо работать кинокамеры. Любой другой звук умолкает. Все взгляды направлены на балкон, где в 20.15 появится господин Гренинг в кругу своих помощников, сотрудников и исцеленных. Следуют минуты глубочайшей тишины, в которые великий помогающий человечеству складывает руки и смотрит на небо. Затем он устанавливает полный контакт со страждущими исцеления, верующими в него, и смотрит в возбужденное лицо каждого отдельного человека.

И вот Гренинг начинает говорить тем приятным и теплым голосом, способным заворожить многих, произносить простые слова, проникнутые глубочайшей религиозностью: «Мои дорогие страждущие исцеления! Как каждый день, так и сегодня, находятся люди, бедные и страдающие, которые ищут исцеления и найдут его. Но есть и такие люди, которых привело сюда чистое любопытство, отдельные личности, которые сами знают, что они скептики. Я это очень хорошо чувствую, и я прошу вас, уберите Ваши мысли из головы и убедитесь на фактах. Здесь речь идет не о зрелищах и дешевых демонстрациях чудес. Для этого время слишком серьезное и горе людей вокруг меня слишком велико. Я никого сюда не зазывал, наоборот, я просил Вас подождать до того момента, когда помощь будет оказана Вам надлежащим образом. Тот, кто мне не доверяет, не должен больше приходить.

Я знаю, что многие люди среди Вас уже в это мгновение идут навстречу исцелению! Я намереваюсь остаться здесь в Верхней Баварии, и я прошу Вас, наберитесь терпения и подождите до тех пор, пока мне не выдадут разрешение на публичные сеансы исцеления и не будут определены места их проведения. Но право на исцеление имеет только тот, кто несет в себе веру в Бога. К сожалению, есть люди, которые со временем ее потеряли или запятнали. Я даю им понять: Единственный врачеватель, врачеватель всех людей есть и будет наш Господь Бог! Только он один может помочь. Но помогает он только верующим в Него, тем, кто намерен отбросить свое старое страдание прочь от себя. Вам не нужно верить в маленького Гренинга, но Вы должны испытывать ко мне доверие. Я не нуждаюсь в Вашей благодарности, а только один Бог заслуживает ее, – я выполняю только свою обязанность!

Так как Вам не объяснили, то это теперь хочу сделать я: страх и деньги Вы можете оставить дома, но возьмите с собой свою болезнь и много времени, которое я у Вас потом отниму. Вы все должны держаться друг за друга: никакой ненависти, фальши, никому не делать ничего плохого и никогда не испытывать зависти. Самый лучший и самый большой подарок в этой земной жизни это не богатство и не деньги, а здоровье, которое имеет большую ценность, чем все блага на земле. От моих помощников Вы слышали, как Вам нужно вести себя, чтобы ощутить на себе по возможности наибольшее воздействие. Я не хочу производить здесь никакого публичного исцеления! Сначала я хочу быть уверен, что мне разрешено оказывать публичную помощь. Однако до сих пор всегда получалось так, что люди, находящиеся в моем окружении, уже выздоравливали. Вам не надо перечислять все Ваши страдания. Я смотрю сквозь Вас и знаю все о Вас!»

Господин Гренинг показал на нескольких простых примерах свою силу воздействия, которая была подтверждена вскриками людей, и продолжал дальше: «Каждый воспринял только то, что хотел получить, но только тот, кто чувствовал, что он связан с Богом.

Если все счастливо сложится, я хочу создать здесь первичное объединение нескольких целительных пунктов в тесном сотрудничестве с врачами для оказания помощи всем Вам. Всем тем, кто пришел ко мне просить за своих больных родственников, я хочу сказать: Я уже с ними! Когда Вы вернетесь домой, то увидите, что Ваш больной больше не в том состоянии, в котором Вы его оставили!»

Долго непрекращающиеся аплодисменты стали знаком благодарности бескорыстному человеку за его слова.

Два представителя правительства за Гренинга.

27 августа 1949 год.

Господин Пицер присоединяется к речи Бруно Гренинга с балкона:

Я пришел сюда, в первую очередь, как больной человек. Хотя, конечно, все что здесь происходит, меня, как жителя Мюнхена, и как начальника полиции, заинтересовало. И я могу уверить вас, что никогда в своей жизни я такого не испытывал. Я должен был это пережить, чтобы познать правду. Никогда еще в своей жизни я не получал такой абсолютно точный диагноз, несмотря на то, что я никогда до этого не встречался с господином Гренингом. То, что он сообщил мне, соответствует стопроцентно. И я благодарю его здесь с этого места. И пусть наш Господь Бог дает ему и дальше Силу, чтобы господин Гренинг мог помогать всем больным людям. Это пока мое желание, но это зависит от нас всех, чтобы мы сильной верой и желанием приняли к сердцу мысль о том, что мы скоро станем все здоровыми. Самое большое богатство – это Здоровье. Уверяю вас, я лично верю в это лечение. Я уже чувствую существенное улучшение в себе на основе только этого короткого общения здесь, в этом доме. Я осознаю свои слова, которые я здесь, перед маленькой частью баварского народа говорю. Я обязательно донесу это вплоть до наивысших правительственных учреждений, даже если там это будут слушать с неохотой. Необходимо руководствоваться только единственным и решающим в жизни аргументом – больному человеку будет оказана помощь!

В течение семнадцати лет и это известно довольно широко за границей, я страдал от сердечной астмы и ишемии. Я потратил половину своего имущества, но никто не смог помочь мне. И пусть ученые мужи не обижаются на меня за то, что я поспешил сюда, чтобы здесь обрести эту помощь.

Это я говорю не только для себя, это должно прозвучать везде. Я верю, что я буду полностью здоров, и должен буду оставаться здоровым в пример для всех приличных людей. Имейте и вы также необходимое доверие! Мы здесь не в театре, ситуация слишком серьезная. Господа могут осудить, как они хотят – мой взнос в это дело выполняется. Президент Ландтага Хаген позаботится о том, чтобы эта информация попала в наивысшие инстанции.

Говорит президент Ландтага Хаген. (ХСС)

Я ехал сюда с большим скепсисом, и хотел убедиться лично в том, что здесь будет происходить. И сейчас я хочу к словам жителя Мюнхена, начальника полиции, присоединиться: «Верьте в назначение господина Гренинга!»